Разбитые стекла
2007
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
LTalk
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Разбитые стеклаПерейти на страницу: 1 | 2 | следующуюСледующая »


суббота, 16 сентября 2017 г.
Десять лет Рашпилевский 09:49:23
Еее, да ладно) сколько же меня здесь не было.
комментировать 2 комментария | Прoкoммeнтировaть
воскресенье, 1 ноября 2015 г.
tub тридцать какая-то глава Рашпилевский 18:07:21
Заброшенный диспансер

Говорят, что весна на Кубани – как мокрая курица...Серая, мокрая, грязная. Но вот я бы так не сказал.

В тот год весна брала свое настолько быстро, что природа не поспевала за ней. Листья на дереьях только-только появились, но в тот день было так жарко и душно, что я одел шорты и футболку, несмотря на то, что был конец апреля, накинул на себя толстовочку и отправился к Милке домой, поскольку вспомнил, что забыл у нее вчера телефон. Голова вторые сутки болела, а еще на душе оставался паршивый осадок от произошедшего. Когда твоя подруга детства, с которой ты рос, словно брат с сестрой, внезапно хочет с тобой целоваться, а потом показывает себя настолько безжалостной и бескомпромиссной, это немного странно. Я не знал, как теперь смотреть ей в глаза.
Милка встретила меня удивительно спокойно. Телефон отдала, про вчерашнее не сказала ничего. И все шло ровно до тех пор, пока я не увидел, что у меня около пятнадцати пропущенных от Лины.
-Милка! - заорал я, -почему ты не сказала, что она мне столько раз звонила! Вдруг что случилось!
-Ничего не случилось, - холодным голосом произнесла моя подруга, моментально из беленькой зайки превратившись в стерву, - может у нее с очередным ёбырем проблемы, Лина же шалава та еще. Но это не должно тебя волновать.
-Что ты несешь?!
-Саш, ты забыл? Я вчера предупредила, что больше она к тебе не приблизится.
-Ты с ума сошла?
-Как грубо, а ведь я единственная, кто тебе добра желает, в отличие от твоих наркоманов-друзей, - Милка покачала головой, - а эта шалава еще и мне звонила. Интересно, откуда у нее мой номер? Просила чтоб я тебя позвала...
-А ты что?!
-Я ответила, как есть.
Я начал выходить из себя.
-Милка, что ты ей сказала?
-Ой как мы волнуемся...опять забыл мое предупреждение? Что сказала, то и сказала.
Тут уже настал мой черед встряхнуть челкой, разозлиться и выбежать на улицу.
-Ой, на обиженных воду возят! - крикнула Милка вслед.

Потом я звонил Лине, но она не отвечала, и я отправился в магаз взять чего-нибудь пожевать. Бабушка карманных денег мне почти не давала, поскольку считала, что кушать дома нужно, но мелочи на семечки я сумел набрать, вытряхнув содержимое рюкзака.

Когда я поднялся к остановке и вышел из-за деревьев, то сразу кинул взгляд на магазин. Здесь часто можно было увидеть что угодно и кого угодно: машины всевозможных знакомых и учителей, миники одноклассников, даже иногда полицейские шестерки. В этот раз у ограды стоял здоровенный черный мотоцикл с наклейками говнарской тематики, и принадлежать он мог только одному человеку в этом поселке – металлисту Бороде.
Перед прилавком маячила гигантская черная футболка и хвост длинных волос. Я не ошибся.
- Привет, - окликнул я нашего бородатого металлиста, который стоял в очереди за пивом. Борода показал мне два пальца и что-то начал говорить, но в этот момент в кармане заиграла песня 6000000000 себя «Часть моих мыслей». Незнакомый номер. Я поднес трубку к уху.
- Значит так, - грубо окликнул меня голос, - Неделин?
- Для начала, кто это?
-Здесь я вопросы задаю! – перебил меня голос. В трубке что-то шипело и шелестело, словно собеседник стоял на сильном ветре, но я разобрал его слова, - твоя Лина у нас, ты понял?
-У кого – у вас? – как можно спокойнее спросил я, пытаясь осознать, что вообще происходит, отходя от прилавка к окну.
-Дай сюда.. - раздалось в трубке, а затем я узнал голос Леши, - короче, в течение часа ждем тебя на заброшенном тубдиспансере. Не приедешь – твои проблемы. Лина тоже здесь, даю ей трубку. .
-Ты же не сделаешь ей ничего плохого, - уверенно заметил я. В голове не укладывалось, ведь Леха с осени подкатывает к ней, говорил даже, что влюблен...Я догадывался, что это просто повод вызвать меня и устроить разборки.
-Саш, не приезжай к ним! – услышал я в трубке звонкий голос Лины, но, видимо, в тот же момент у нее отобрали телефон.
-Мы ждем ровно час! – сказал второй парень перед тем, как отключиться.


Штаааа? Это еще что за ерунда? Семечки мне, видимо не светили. Я вышел из магазина, так ничего и не купив, стал возле остановки, жмурясь от мутного желтого солнца, и задумался, что же мне делать дальше. Я совершенно не понимал, в честь чего меня вызывают на разборки, денег они не требовали, и вообще, почему во все это Леша вовлек Лину. Выходит, она так много раз звонила мне, поскольку встретила этих парней, я даже не знал, сколько их там. И кто знает, если бы Милка оповестила меня об этих звонках, может быть они и не затащили бы Лину на заброшки. Не ожидал от нее такого предательства, а тем более ревности к Лине и такой подлой мести.

С одной стороны, детский сад. Какие-то гопники мне хотят набить лицо и, быть может срезать косую челку? Но с ней что будет, с этим ебаным эмо-ангелом?
Я знал, где находятся развалины бывшего туберкулезного диспансера. Туда на велике ехать минут двадцать, выехав в поля из поселка. Остатки здания, заброшенного около полувека назад, обросшие всевозможной растительностью, были почти не видны за высокими деревьями. Мы очень часто ездили туда, когда раньше приезжали в поселок на каникулы: мама – собирать орехи и алычу, которая там росла в диком виде, а нам с сестрой просто нравилось гулять по заброшенным частям здания, ловить тритончиков и лягушек-квакш в сырых полузатопленных помещениях. Я даже не раз поднимался на ржавые водонапорные вышки, когда-то обслуживавшие тубдиспансер. Хотя вообще-то это было мерзкое место, оно всегда у меня вызывало какую-то неприязнь, казалось, что болезнь насквозь въелась в старые стены.

-О чем эмо печалится? – поинтересовался Борода, выходя из магазина с двумя полторашками «Охоты» и запихивая их под сиденье мотоцикла.
Я усмехнулся.
-Да ребята зовут на тубдиспансер, видимо, морду мне набьют.
-Как это обреченно звучит!

Мне на самом деле было почему-то пофиг, хотя я даже и не представлял, что меня там ждет. Эффект Гарантии срабатывал на отлично, спасибо Эдику за это, я прекрасно знал, что Лине, да и мне в принципе, ничего серьезного они не сделают. Не преступники же они, в самом деле, а всего лишь такая же школота как и мы, хоть и гопники. И в колонию попасть не хотят. Поэтому нас не тронут.
Из-за поворота выехала полицейская шаха, и я почему-то вспомнил блатных и то, что вчера рассказывала Милка, про какие-то убийства, наркоту, сельский криминал...какие-то­ сплетни про пропажу охранника пивнушки, после того, как он покалечил в драке одного из этих блатных. Понятно, почему менты всполошились и туда-сюда по поселку гоняют на своих тарантачках.

- Слушай, Борода, а ты не сильно торопишься?
-Видишь пивас? Значит тороплюсь, -довольно заметил Борода.
-Можешь меня, пожалуйста, туда подкинуть, на твоем байке это минут пять займет!
-Ты серьезно на разборки ехать решил? – удивился металлист, натягивая шлем, - к концу года наш эмо-бой приобщился к пацанским понятиям что ли?
-Нет, просто там Лина.
-Ну садись... – Борода взгромоздился на мотоцикл, - только держись за сиденье, а лучше за меня...сейчас поймешь, что ваши миники – детский лепет.

И мы полетели с ветерком, да с таким, что я дышать почти не мог! Ветер резал глаза и трепал футболку, мне даже казалось, что оторвутся рукава. Когда мы выехали за поселок, вокруг с бешеной скоростью понеслись изумрудные поля с молодой зеленью, цветущие деревья, свежие камыши вокруг карьеров, ровная гладь воды. Машин на дороге не было вообще, навстречу нам проехал лишь какой-то дед на мотороллере, и вот через несколько минут мы уже приближались к темнеющему островку деревьев и зарослей и ржавым водонапорным башням.
Задолго до тропинки к заброшенным зданиям по моей просьбе Борода снизил скорость, а потом остановился вообще.
-Не хочу, чтобы они звук мотора слышали, - сказал я, сползая с сиденья и разминая ноги. Пиздец ногам моим, кажется, после поездки с Бородой они навеки колесом застынут!
-Думаешь они нас не видели? Дорога через поле, мы как на ладони.
-Ладно, все равно уже теперь..

Внезапно в нос ударил тошнотворный запах, тот самый, который часто можно было летом почувствовать где-нибудь в поле, возле дороги или железнодорожных путей, запах разложения, гниющей плоти. Очень часто автомобили сбивают собак или кошек, и мертвые животные валяются потом где-нибудь рядом в канавке, и, похоже, мы остановились именно в таком неприятном месте. И без того мерзкое настроение продолжало ухудшаться.

Борода не стал заводить мотоцикл, он катил его вручную, мы шли вдоль поля по раскаленной от солнца дороге, над которой вдали расплывалось пыльное марево. Я хотел было ускорить шаг и отправиться на запланированное место, когда еще одна странная вещь привлекла внимание. Сначала мне показалось, что это просто куча разноцветного мусора, но, приглядевшись, я понял, что в канаве валяется какой-то мужик.
Ну вот, еще алкашей нам тут не хватало! Нашел, где разлечься, ему, похоже, все равно на ужасный запах и на помойку, в которую люди превратили канавку вдоль дороги. Вся ситуация начала меня ужасно накалять, я беспокоился за Лину, и вообще, меня начинала пугать вся эта тема, которая вокруг нас разворачивалась.

Ладно, все ведь в любом случае как-нибудь устаканится...Так говорит Эффект Гарантии, таков и мой девиз. С такими мыслями я постарался придать себе спокойный вид, взлохматил отросшие уже ниже плеч волосы и свернул с дороги в заросли молодых деревьев. Борода с мотоциклом остался курить на трассе, затем раздался рев мотора, а я направился по тропинке, осторожно переступая колючие побеги ежевики и битые стекла.

Ступая по бетонному полу, поросшему мхом, я пробирался по остаткам здания, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Кругом валялся мусор и какие-то тряпки, шприцы, иглы, а хуже всего был тот самый мерзкий запах дохлятины, судя по всему и здесь умерла какая-нибудь кошечка или собачка, а возможно даже коровушка – ведь рядом местное фермерское хозяйство. Порой со стен срывались зеленые мухи и с жужжаньем принимались носиться в воздухе. Я брезгливо отмахнулся от них. Нашли место ребятки, ничего не скажешь.

Крыша в следующем помещении отсутствовала напрочь, сквозь ветки деревьев проникал солнечный свет, и именно там меня поджидала доблестная шайка в размере двух человек. А я-то думал их будет около десяти! Лина сидела на разрушенных ступеньках.
-Саняяяш пришел!

Испуганной, избитой или связанной она не выглядела, и мне внезапно подумалось, что это просто приманка, и она с ними заодно.

-Явился, педик, - насмешливо протянул Леша, одетый в черный спортивный костюм с тремя полосками. Рядом с ним стоял Юра, тот самый парень, который описывал приготовление конопли у Влада на вписке.

-И что вы от меня хотите? – поинтересовался я.

-Что мы от тебя хотим? – Леха встал с подоконника и подошел ко мне, - ну, вообще-то мы хотели прошлое вспомнить...Уже забыл?
-Драку нашу на вписке?
-Ну да...за свои поступки отвечать надо, а бить противника, когда тот уже на ногах не стоит...Сань, это разве правильно?
-Это было в феврале, ты всю жизнь помнить будешь? Да и ты мне по лицу здорово двинул в тот раз! – возмутился я.
Ветки над головой зашелестели, между разрушенными стенами пробежал ветерок. Обстановку я приблизительно оценил, опасности никакой не чувствовалось, да и вообще, ребята похоже сами себя переоценили. Детский сад какой-то, пародия на разборки.

-Знаешь, что я тебе скажу, - Леха вытащил сигареты и достал одну, - мы с тобой как пацаны поговорить хотим. Вот нахуя тебе такая челка? Ты приехал в наш поселок, а здесь так не принято. Решил выпендриться, типа такой городской педик?
-Просто мне так нравится, да я и не один здесь нефор. Лину вы сюда зачем приволокли?
-Пфф, а иначе ты бы сюда и не приперся.
Тут подал голос Юра, который до этого сидел и курил.
-А с Кристиной что у вас было тогда, у Влада на хате?

Бляяя, они бы еще прошлогодние события выяснять начали!
-Ребят, не помню, я в гавно был! – насмешливо произнес я, - у нее и спросите.
-А от нее мы и узнали! Ты в курсе, что она моя телка была?

-По-моему она всех телка была, - я едва не заржал, и Юра, похоже, взбесился.
-Ты сейчас что имел ввиду, а?
-Ничего.
Я приготовился к мордобою, но Леха остановил приятеля.
-Стопэ, мы же просто поговорить хотим, так что тихо. Вы с Линой выйдите, за стенку, а мы с Саньком кое-что обсудим.

-Руки убрал! – завопила Лина на Юру, я даже не заметил, что он ей сделал. Я сделал было шаг в их сторону, но Леша мой путь перегородил. Еще чего не хватало, чтоб они ушли их поля зрения! Откуда я знаю, что он ей сделает!
Юра и Лина тем временем поднялись на второй этаж по заросшей лестнице, над головой теперь слышались их шаги.

-Все с ней норм будет, Юра ее не тронет, - проговорил белобрысый Леха, - а мы с тобой просто потолкуем. Может хватит тебе под бабу косить? Состриги волосы, сними пирсинг и будь нормальным пацаном, и никаких проблем у тебя не будет.

-Моя внешность никому не мешает.

Через выбитые окна снова подул ветерок, и вновь пахнуло мерзким гнилым запахом. Места другого не могли найти, что ли...Заброшенный тубдиспансер очень подходил для того, чтобы Леха меня убил и здесь спрятал, однако теперь этот детский сад меня не пугал, просто было противно и хотелось скорее отсюда вместе с Линой уйти.

-Знаешь, что я думаю, - проговорил Леха, - тебе здесь не место. Серьезно, тебе в этом поселке нет места. Здесь своя жизнь и свои связи, а ты со своим педиковатым образом жизни здесь появился и только смуту навел. Было бы лучше, чтобы ты исчез...

Я хотел было ответить, что гопники пусть дальше тусят с гопниками, а я буду дальше общаться с местными неформалами, но решил, что лучше промолчать. Леша протянул мне сигарету, мы оба молча закурили, и воцарилась тишина, в которой было слышно, как шумит ветер в ветках и проводах.
- Значит лишний...приятно, ничего не скажешь, - проговорил я, присев на сырые ступени, поросшие мхом. Под потрепаными кедами захрустели осколки стекла. Тем временем Лина с Юрой спустились по другой лестнице и неторопливо пошли вокруг заброшенного здания. Я успел поймать ее испуганный взгляд, но тут Леха подал голос.
-Сань, это не наезд. Абсолютно все считают, что тебя не должно было быть в этом поселке. Здесь все текло и жило своим чередом, пока не появился ты, эмо-бой, и, сука, ничего тебе не сделать, потому что ты родственник директрисы. Ты приехал и сразу начал клеить Лину. Не говоря уже о Крис, поверь, ты себе таким образом нажил огромные проблемы.
-Пфф, насчет Кристины, еще кто кого клеил, -фыркнул я, - И челка моя не мешает никому. Ты ведь с нами вместе угорал под Психею, Neversmile, миллиардов...а теперь говоришь такое, ты уж определись. И вообще, некогда нам торчать в этой мерзкой заброшке. Менее противного места не могли найти что ли?
Нажил проблемы, значит...как бы не так. Эти проблемы и так постоянно были вокруг меня, начиная с ненавистной ростовской школы, заканчивая учителями и родителями, которые ненавидят эмо, ненавидят неформалов, нашу музыку и наши любые попытки самовыражения. И дело вовсе не во внешности, а в том, что все эти люди почему-то не могут понять - каждый в этом мире имеет право на хотя бы самую маленькую капельку индивидуальности и искреннего проявления своих эмоций.
Леха выкинул бычок и тоже присел.
-Мы хотели отпиздить тебя. Срезать челку, разбить морду, но потом решили что не стоит. Скоро все само собой решится, на носу экзамены, а потом ты свалишь отсюда так же, как и приехал. Все станет на свои места...
Конечно свалю, поступлю в Ростовский вуз или даже в Москву, я иду на высокие баллы ЕГЭ. Мне хотелось подколоть парня, я старался не провоцировать его, но не сдержался.
-А вы все планируете после окончания школы в поселке остаться жить, да? Работать в автомойке, а летом на сборе урожая...
Кулак застыл в сантиметре от моего подбородка.
-А теперь слушай сюда, эмо -педик, - прошипел Леша, - сейчас ты живой и здоровый сваливаешь отсюда и забываешь об этом разговоре. И больше никогда не приближаешься к Лине, сука, ты ей противен, ясно тебе?
Я поднял на Леху глаза и искренне улыбнулся ему.
- Не мечтай даже.
Лега стиснул зубы. Я на миг напрягся, инстинктивно ожидая удара и повторения того, что происходило в ванной, на вписке у Влада, то есть драки. Сжал кулаки, заметив боковым зрением кусок ржавой арматуры, прикинул в уме, как схватить его, чтобы защищаться...но в этот самый миг тишину зарослей и заброшки прорезал безумный крик, от которого волоски на руках поднялись и сердце едва не остановилось. Кричала Лина, и ее голос эхом отдавался от сырых кирпичных стен. Вслед за этим послышалась нецензурная речь Юры.
Я готов был убить этого ублюдка, если он посмел прикоснуться к ней. Не обращая внимания на опешившего Лешу, я схватил тот самый кусок железки и, перепрыгнув разрушенный подоконник, понесся в заросли орешника, в который Юра увел Лину. Под кедами хрустели выбитые стекла, но я верил, что осколки не порежут подошву. Эффект Гарантии, хули.
В этот момент Лина и Юра сами выбежали мне навстречу из зарослей, я хотел было врезать парню арматурой по ногам, но остановился, увидев, что он такой же напуганный и бледный.
Лина бросилась мне на шею. Я крепко обнял ее за плечи, чувствуя, как ее трясет. По бледным щекам бежали слезы, но следов насилия на ней видно не было.
-Саааш, там пиздец, Саш, что делать?!
-Что с вами случилось? - я повернулась к Юре, который присел и трясущимися руками пытался прикурить. Получилось у него не сразу.
-Там такое...мы подошли...оно все размазалось, и мухи...меня затошнило сразу, - всхлипывала Лина, глядя на меня огромными безумными глазами.
-Там за кустами валяется ебанный трупешник, - Юра сплюнул и снова перешел на многоуровневый мат. У меня во второй раз перехватило дыхание, на этот раз от ужаса и отвращения. Внутри все словно переворачивалось. Конечно, они дошли до той канавы, где валялся мужик, принятый мною за спящего алкаша. Очевидно же, что не будет человек спать в поле за много километров от поселка... И вот отчего по всей территории заброшенной туберкулезной больницы распространен такой жуткий запах, мухи...в жару-то...Господи, и что теперь делать?!
Лина вцепилась мне в футболку. Я принялся гладить ее по спине чтобы успокоить. Леша тоже вышел из-за кустов к нам, тоже закурил и заматерился. Начал что-то бормотать про какое-то убийство, какого-то охранника пивнушки, блатных...Что-то подобное я слышал от Милки за чаем, они что, пересмотрели детективов и ментовских сериалов?
-Пойдем глянем что ли? - буркнул Леша в мою сторону.
-Саш, не ходи туда, пожалуйста! Не смотри, это ужасно! - Лина схватила меня за руку со всей силы.
-Ну все, малыш, успокойся, - зашептал я ей на ушко, - забудь о том, что там ты видела. Мы сейчас уйдем отсюда...
-Малыш? – Лина подняла не меня глаза, - но я же старше тебя на пару месяцев…
-Зато ростом ниже намного, - я улыбнулся, пытаясь отвлечься от отвратительных мыслей.
-Может в скорую или милицию позвонить?
-Какую там скорую, валить надо!
Леша громко ругался из-за кустов. Юра курил уже вторую сигарету. Похоже, ребята уже были сами не рады, что пришли в эти развалины и назначили мне здесь встречу.

Мне курить не хотелось, запах никотина смешивать с этой вонью. Леша вылетел из-за кустов и тут же направился к тропинке, ведущей к трассе.
-Валим отсюда! - крикнул он нам, - ребят, это жесть.
Я пошел через кусты, переступая колючую ежевику, которая царапала и ранила ноги, ведя Лину за руку через эти заросли. Ее трясло до сих пор. Сзади темнели сросшиеся деревья, грецкие орехи и дикие яблони, обвитые плющом - остатки старого сада. За ними возвышались две ржавые водонапорные вышки, которые отовсюду было видно.

От вражды между мной, Лехой и Юрой не осталось и следа, хотя белобрысый очень недовольно смотрел на наши обнимашки. Вместе мы выбрались на трассу, они вытащили из кустарника свои мопеды, и мы уже готовы были двигаться по трассе в поселок, подальше от этого страшного места. Но ребята внезапно рванули назад в кусты, затащив и нас с Линой.
-Что такое? - я начал закипать, - мы ночевать здесь будем? Проблема вроде исчерпана...
- Тише, Саш, - Лина прижала палец мне к губам, -там они едут...
-Кто они?!
- Два джипа черных сюда направляются из поселка, не видел что ли? - зашипел Леша. Я высунулся из-за кустов и вдали в мареве увидел два черных высоких автомобиля, движущихся к нам. Ну и что с того? Сговорились что ли, криминалы сельские!
Может они тебя разыгрывают и хотят продолжить разборки? - подал идею Эдик... или это я сам подумал так, не знаю. Однако, увидев, что Юра с Лешей, кряхтя и вспотев, пытаются тащить мопеды сквозь непролазные заросли, я понял, что у них подгорает конкретно.

И мы отправились в противоположную сторону от дороги. Дело продвигалось медленно, поскольку каждая ветка и растение вплетались в колеса мопедов, цеплялись за них. Лина помогала ребятам отцепить их, а наших гопников обоих конкретно трясло. Я начал забавляться.
-Ребят, вы пересмотрели НТВ? Вы всерьез считаете, что это блатные и они едут к нам?
-Заткнись!- выкрикнул Леха, в отчаянии пнув скутер ногой, - мы же свидетели! Если этот человек убит ими, нас зарежут здесь в этих кустах, никто и не узнает!
-Зачем вы нас сюда затащили?- голос Лины снова начал дрожать.
-Бросаем мопеды, они через минуту тут будут! -воскликнул Юра.
Мне хотелось смеяться от того, насколько они всерьез верили, что мы свидетели, и нас могут убить. Эдик подсказывал, что такого не может произойти с какими-нибудь подростками вроде нас. Бред, словно в сериалах, которые смотрит Милка, а потом мечтает стать ментом. Не бывает так!

Ребята тем временем кое-как запихнули мопеды в особо густые кущери, руки у них тряслись, они вырывали траву с корнем, пытаясь прикрыть свои любимые мопеды.
-Сука, я на него копил пять месяцев, работал! - ныл Юра, - только бы не нашли, мы завтра их заберем...
Мы тут траву стоптали, палево! - неживым голосом произнесла Лина. Я пытался удержать глупое хихиканье, глядя на испуг ребят, которые час назад угрожали мне и милой Лине-тян. Но, увидев, что Юра с Лешей раздвигают кусты ежевики, не обращая внимание на то, что руки уже очень сильно порезами шипами в кровь, я понял, что они напуганы на полном серьезе.

Раздирая и без того израненные ноги, мы быстрым шагом шли вдоль лесополосы, стараясь не высовываться. Мне было забавно, а ребята, очевидно, всерьез считали, что спасают жизни. И не жаль им брошенные мопеды...
Юра и Леша предположили, что тот труп и есть дело рук беспредельщиков -блатных. Может быть, это даже охранник из пивнушки. Я не выдержал и громко заржал, вспоминая, что Милка это же мне рассказывала. Но, наткнувшись на осуждающий взгляд Лины, умолк.
-Ну, если по-вашему, то как эти блатные узнали, что мы здесь? Видеокамеры что ли в кущерях установили? - угорал я.
-Может они видели, как мы сюда ехали...или мотоцикл этого твоего, металлиста...Бороды­, - проговорил Леша, оглядываясь назад.
-Что за ересь, зачем тогда они приехали!...
В этот момент Лина зажала ладонью мне рот. Ребята замерли, а потом тихо уползли в кусты. Мы последовали за ними.
-Тихо...-прошептал Леха, - смотрите туда. Остановились. Это реально они!
Мы отошли от заброшки, а тем более от трассы довольно далеко в поле и лесополосу. Однако кусочек дороги был виден, как раз рядом с тубдиспансером. Там виднелась черная машина, блестящая в лучах заходящего оранжевого солнца.
-Господи, что с нами будет!- зашептала Лина, вцепившись в рукав моей толстовки.
И тут мне стало совершенно не до смеха. Может, все было и не так фатально, как твердили ребята, но машины действительно остановились именно там. И мне не очень хотелось, чтобы нас заметили.

Тем временем сзади раздалось какое-то бормотание и вой. Обернувшись, мы с Линой увидели, что Юра крестится и молится, и что-то под нос себе низким голосом гудит.

Мы покосились на него. Я кашлянул. Юра быстро прекратил и замолчал.
-Только бы мопеды не спалили...они же иначе сразу просекут, чьи они.
-Отпечатки пальцев что ли снимут?
-Саняш, это же поселок. Здесь все знают, у кого какой мопед, автомобиль и прочее.
-Сдам ЕГЭ - свалю из этого адского поселка нахуй!

Сидеть в кустах было еще хуже, чем прорываться через заросли, голые ноги, шею, даже лицо жалили тучи комаров, обитающих в тени под деревьями. Солнышко понемногу заходило, и я вспомнил, что не предупредил бабушку о своем уходе. Волнуется, наверное.
-Страшные они, такие темные ржавые водонапорные башни, - прошептала Лина, слегка царапая ноготками мое запястье. Я взглянул на них, а затем на далекую трассу. Автомобили там.
-Вечно тут сидеть будем? - не выдержал я, - валим в обход через лесополосу.
-Не, давайте темноты дождемся! - предложил Юра, - чтобы они не видели нас.
-Слушайте, - мне в голову пришла, на мой взгляд, адекватная мысль, - скорее всего это просто случайные люди…ну мало ли у кого черные автомобили!
-А что они именно тут забыли?
-Может мусор выкинуть, здесь его все выкидывают, не берегут родную природу…И вот они как раз заметят ту ужасную находку и вызовут ментов, если еще не вызвали…а там ваши миники. Стоит их забрать все-таки.
Леха и Юра выглядели недовольно и растерянно.
-Пусть хотя бы стемнеет! – снова заныли они.
-В темноте мы точно ноги поломаем в этих оврагах и зарослях, - задумчиво проговорила Лина. Меня самого все происходящее начало накалять.
-Кто бы это ни был, наших следов тут не должно быть, пойдем! – я осторожно, по-над кустами направился назад, к спрятанным в траве скутерам. Боже, это же все нереальное, не может такого со мной происходить!

Когда мы снова, выбиваясь из сил, двигали скутеры через кусты, хотелось проклинать все на свете. Они были такие тяжелые, растения тормозили нас, раздирали ноги, челка промокла от пота и мешала смотреть. Особенно было страшно, что наши шаги, шелест и хруст веток услышат эти люди. Однако я знал, что нам так только кажется, а с трассы все это не слышно за звуком изредка проезжающих машин, шумом веток и порывами ветра.

Когда Юра опять заладил старую песню про темноту, мы не выдержали.
- Хотите - сидите до темноты, а с меня достаточно, - Лина схватила меня за руку, - идем.
И мы пошли вдоль лесополосы, ребята тоже отправились за нами. Разговаривать больше ни о чем не хотелось, темнело, ноги болели безумно, сил уже оставалось мало, мы просто толкали миники и надеялись, что на проселочной дороге повезут они нас, а не мы их. А до поселка в обход так долго...

Когда мы приближались к дороге, была уже настоящая ночь. На небе сияли первые звезды, чистые и ясные. В городе такого неба не бывает. Я загляделся наверх, а когда посмотрел вперед, меня ослепили дальние фары.
-Ебаааать, - завыл Леха, хватая нас за рукава и дергая в сторону. Миники грохнулись на землю. Мы вчетвером покатились в канаву, я закрыл лицо руками, защищая глаза от веток и пыли, и, наконец, все смолкло. А затем послышался нарастающий рев мотора и стоны кото-то из наших дорогих гопников.
Спину обдало холодом, толстовка стремительно намокла - на дне канавы была вода. Я чуть не завыл от отвращения, хотя запах трав, земли, прелой воды был однозначно приятнее того, что встретило нас на той заброшке.
Деревья вокруг нас озарились, поплыли блики света, машина с шумом пронеслась по дороге, и сразу все смолкло. Только хлюпанье воды, вздохи гопников и еще звуки сверчков. Ночь на Кубани!
В результате падения Лина рухнула прямо на меня. Хитрая, не на мокрое дно, а на тепленького Санечка. Я теперь лежал спиной в водичке, глотая ртом воздух и надеясь, что ребра целы. Наши гопники Леха и Юрик покряхтывали, и я шепотом поинтересовался, не сломали ли они себе что-нибудь.
-Мы живее все живых, блять, - ответили мне из темноты.
-Если мы и дальше от каждого грузовика и трактора будем в канаву нырять, вы будете мертвее того трупака!
Ребята затихли, неудачно я пошутил. А потом раздался шепот.
-Так, хватит об этом. Вообще, не вспоминаем об этом. Если кто спросит – мы там были, но труп не видели, думали, мусор или дохлая собака валяется. Запомнили такую версию?
-Да запомнили, запомнили.
А я был бы рад забыть все то, что сегодня мне пришлось наблюдать.

Лина лежала на мне, притаившись. Леха недовольно кашлянул.
-Лина, машина проехала, - намекнул я.
-Мур, Саняяяш, - она потянула меня за шнурочки толстовки, - на тебе так тепло лежать!
Леша с Юрой уже вскарабкались на дорогу и их силуэты недовольно возвышались над нами. Я покраснел.
-Тебе тепло, а я наполовину в луже лежу.
Лина чмокнула меня в губки и быстро поднялась наверх. Весь оставшийся путь я шел с тупейшей рожей. Ну и как объяснить это все? Неужели я во френдзоне? Да нет, не может быть, я сам кого угодно во френдзону закину.
Хотя кого я обманываю.

Дальше мы поехали на барахлящих потрепанных скутерах – я с Лехой, Лина с Юрой. Я не знаю, было ли это все на самом деле. Может быть это были просто какие-нибудь жители, которые остановились там на пикник, или еще за чем-нибудь, мусор выкинуть, или пописать в зарослях...а мы перепугались, надумали, что нас уже убить хотят, как свидетелей...какая глупость. А может быть действительно те самые "блатные", которые угрожали семье Милки? Может быть, просто водители, которые сами перепугаются того, что там обнаружат, и вызовут милицию… Кто знает.

Какой муторный ужасный весенний день, я был рад, что не пошел смотреть на трупешник. Не хватало мне еще потом во сне это видеть, сны и так наркоманские.
Ребята на следующий день еле встали, ноги изрезаны и разодраны были просто в мясо.. И про труп я лично никому не сообщал. Его нашли потом, как я понял из сплетней Милки...но мне уже было не до этого. Никто больше нас про эту историю не спрашивал, да и не хотелось вспоминать. Уметь бы стирать воспоминания...по идее подсознание должно вытеснять самые неприятные и нежелательные...но наша ужасная находка в тубдиспансере из головы не выходила.

Вернулись мы в ту ночь грязные и поцарапанные, хуже бомжей. Я проводил Лину до ее улицы, на прощанье она взлохматила мне волосы.
-Спасибо тебе, Саш, - моей щеки коснулись обкусанные губы, - знаешь что..не бросай меня больше! Мне страшно...
Лина постаралась пригладить волосы, но ничего не выходило. Я стоял, пошатываясь, как алкаш, сил хватало только на улыбку.
-Не брошу, - согласился я, - можешь ничего не бояться.
- Обещаешь?
-Обещаю.
-Давай сегодня перед сном Дане в больницу письмо напишем? Каждый от себя, я еще и Владу позвоню, пусть тоже писать учится, Данил ведь его лучший друг, - Лина улыбнулась, - не будем писать про труп, а просто расскажем про наши происшествия, прогулки, про школу...Ему наверное скучно там лежать неподвижно...Скорее­ бы его выписали.
-Ну, раздробленные позвонки это все-таки серьезно, поэтому пусть полежит, подлечится.
-Я ему оригами кучу сделала...Саш, я волнуюсь за него. Все ведь будет хорошо?
-Конечно, все будет хорошо, не сомневайся, - я растянул Лине щеки в виде улыбки, - иначе и быть не может. Летом его выпишут, наверное.
-Ми-паааа! - она радостно запрыгала вокруг меня, - значит наш милый голубоглазый Даня скоро снова будет гонять с нами на мотоциклах и гулять!
-Ага, он как сядет на мотоцикл, его мамку Кондрашка хватит, - заржал я.
-Слушай…он же ЕГЭ пропустит!
-Блин, ну я не знаю, - я задумался, - наверное, ему разрешат сдать экзамены в резервные сроки.
-Все равно хочется, чтоб его поскорее выписали…Обязательн­о его навестим!

Мы постояли молча. Грязь на спине начала подсыхать и противно стягивать кожу. А на небе сияли звезды, шесть миллиардов звезд. Или семь. По одной на каждого. Мы наслаждались бы этим, если бы не отвратительный осадок от того, что произошло днем.

-Знаешь, сейчас так темно, луга светит…и ты на ангела похожа. Среди всего дерьма, которое сегодня нас окружало.
-На ангела? Саш, я не ангел, я плохая, - Лина подняла на меня огромные глаза, сдвинув набок челку. Мимо по улице проехал автомобиль, осветив ее лицо и на миг ослепив нас.
-Может и плохая. Мой ебаный ангел.
Расходиться не хотелось, тем более дома меня ничего приятного не ожидало. Хотелось ночной свежести и воздуха. Но мы оба слишком сильно устали.

А потом она встала на носочки и прикоснулась своими губами к моим. Моя пирса звонко стукнулась о ее зубы, а мои руки...нет нет нет, стоп, я же не такой пошляк, как мой друг Влад...наверное, теперь уже бывший друг.
Потом мы целовались теплой весенней ночью на темной улице этого потерянного уснувшего поселка, под цветущей жимолостью и сиренью, а еще ярким звездным небом. Грязные, поцарапанные и измотанные. Наверное, стресс снимали таким образом...я не знаю. Не хотелось ее отпускать домой.

Когда я вернулся, бабушка начала было что-то гневно вопить, но я заперся в ванной, залез в воду прямо в одежде и воткнул в уши наушники от телефона. На лице играла улыбка, несмотря на весь пиздец, произошедший в этот день. Горячая вода и музыка смывали все дурацкие мысли и напряжение.
Все закончилось хорошо, и я больше не злился на свою белобрысую подругу Милку за то, что она скрыла от меня миллион пропущенных от Лины. Надо будет сходить к ней завтра, купить пироженки, посмотреть кинцо...и тогда все разрешится, все будет в порядке.


Категории: Эмо
среда, 15 апреля 2015 г.
Что стало с эмо- движем? Рашпилевский 11:18:08
А я хз, что с ним стало. За Москву говорю, ибо пока что я здесь. То, что вершится вконтактике, это фигня. Итак: верни мне мой 2007: костилин фапает на себя, малолетние педовки фапают на костилена. Вся свита петуха кукарекает на ДРЭШ. ДРЭШ игнорировал этот курятник, но недолго, и теперь пукан горит, убийца плачет, но он не мог поступить иначе, и изливает в постах тонны яжки и блазера в ответ.
Всякие паблики типа: Эмомир, эмокор, или ответвление от вмм и дрэшика, либо самостоятельная фигня, глохнущая через месяц...

А как с этим все обстоит вживую? Не беру местечковые сходочки вроде Текстили-стайл...
Эмари энтузиасты пытаются мутить безалькогольные встречи, но почти не жизнеспособно.ДРЭШ также глушит ягу в Парке Победы. На ЧП творится экшн, хотя там не эмо, а просто всевозможные челкари, фрики и пинцет полный. Блейзер, фанаты, и вд, а как же без него!
Октябрь, болотка...челки, пирсинг, кигуруми, море бухла. Потом блюют в Маке. О дааа, гребанный руский дух нефорства.­­

Музыка 7 раса
Прoкoммeнтировaть
понедельник, 19 мая 2014 г.
сегодня1 Рашпилевский 20:21:48
сегодня был ливень, гроза, шторм, вынос, черные тучи, ЭМО-настроение, быдлошкола, районы-кварталы...л­ол


­­

­­

Музыка Дождь бьет в окна, а у нас весна
комментировать 2 комментария | Прoкoммeнтировaть
четверг, 15 мая 2014 г.
Глава 11 Рашпилевский 20:59:40

(в Ростове бушует лето, дрэшик ростовский тем временем загнулся окончательно, у народа экзамены)



-Люблю целоваться с красивыми мальчиками и девочками! – пищала Лина, размахивая лапками. Она на какого-то зверька похожа.
-И с друзьями, урурур! Ведь это так...так мило!
Лина пришла ко второму уроку, свеженькая и выспавшаяся, и теперь прыгала по всему кабинету и увлеченно делилась с нами своими планами на хеллоуин. А мы с Владом сидели как хомяки и поддерживали головы руками, чтобы во сне не долбануться ими о парту. Во время первого урока на улице еще темно, и по утрам мы добирались в школу просто ночными улицами. К началу второго урока красное солнце уже лежало на горизонте и светило в окно. С каждым днем становилось все холоднее и холоднее, и все красивее и красивее.
Поселок просто утопал в серой мокрой безысходности, в пустоте, тумане и красных листьях.
-Вы хеллоуин собрались отмечать? – спросил я.
-Ну конечно! Так что давай, готовь себе костюм!
-Блин, да ладно! – я уже предвкушал, что будет. Надо же, я ведь никогда ни с кем не отмечал хеллоуин, только в прошлом году с сестрой и котом сидели, жрали тыквенные семечки и жгли свечи. Сидели, как три фуфела.

-Даня, а ты с нами будешь отмечать? – спросила Лина. Даня обычно во всяком трешаке участия не принимал, бухал с нами лишь иногда, но, как говорится, редко, но метко, то есть вдребезги. Свое свободное время он посвящал занятиям спортом, качался, проводил в спортзале много часов. В феврале он планировал получить новый разряд, а после нескольких первых мест по району он мог бы попасть на краевые соревнования, которые будут в июле. Там, соответственно, будут спортсмены из разных городов Краснодарского края: Новороссийска, Сочи, Анапы, многих других...Для Дани эта цель была, наверное, даже выше, чем сдача ЕГЭ.
Как он нам рассказал, он собирался пойти в армию, поскольку не видел в этом ничего настолько кошмарного, чтобы бояться ее, как огня. Наоборот, закалка, школа жизни, и семья его была с ним совершенно согласна. Учился он не очень, на троечки, но у многих вызывал уважение именно тем, что твердо видел свою цель и уверенно шел к ней.
Даня сказал, что такое веселое событие пропускать нельзя, поэтому он обязательно будет там. Лина решила пригласить еще несколько своих друзей, сказала, что классные ребята. Но для Лины, похоже, все классные.

Все уроки я думал о том, что произошло вчера. Я не напился до такого состояния, чтобы забыть все свои мысли. Да, мы целовались, и вся обстановка была идеальна для этого, а сейчас, в освещенном кабинете с шумными ребятами, в абсолютно советской школе с деревянными голубыми рамами и мутными витражами, рисунками, поделками и грамотами на стене, это казалось чем-то невероятным.
Хорошо, что мы с Линой имеем похожую точку зрения. Не перестали на всю жизнь общаться, не стали жалеть. Просто было классно, Лина сказала, что не видит ничего плохого в том, чтобы напиться и целоваться с друзьями, ведь это так мило и так неправильно. Наверное, я с ней согласен.

Когда я пришел домой, оказалось, что калитка заперта. Перелезть через забор было делом одной минуты, но дом тоже был закрыт, а у меня не было ключей. Бабушка дубликат делать не собиралась, да и мне не давала, потому что была уверена, что я их потеряю. А как кумушкам своим она причитала, чтобы я не водил в дом толпы приятелей. Да я и даром никого не приведу, чтобы бабушка потом про всех всю информацию вызнавала.
Очень сильно обижаюсь на своих родных.

Делать мне было нечего, дом заперт, окна тоже все закрыты изнутри, звонить на домашний номер нет смысла, а звонить кому-нибудь еще – нет денег на счету.
В этот самый момент меня окликнули. Возле калитки стояла беловолосая Милка и смотрела на меня как на идиота.
- Что ты там шаришься по огороду в грязи? – спросила она.
- Привет, Милка.
- Бабушка не дома?
- Неа, и ключей у меня нет. Можно к тебе навязаться в гости на полчасика?
- Так а я к чему спрашиваю! Вот идиот. Пойдем, естественно!
Я перелез через забор и пошел за ней. Кажется, она сегодня не в духе, хотя, для Милки это в порядке вещей, абсолютно серьезно орать на меня, даже избивать иногда, причем в полную силу, в том случае, если Милка была недовольна моими поступками. Я знал, что она слишком сильно волнуется за меня, но иногда перегибает палку. Однако, я не подавал виду. Что обижаюсь, поскольку не хотел, чтобы обижалась она.
Милка молчала весь короткий путь до ее дома, и от этого я начал чувствовать себя провинившимся ребенком. Мы шли по размякшей от грязи, разъезженной и посыпанной щебнем дороге, и, перебирая в голове, что именно могло ее разозлить, я тупо хихикал и пытался завести с ней разговор, но она молчала. И я себя чувствовал все глупее и глупее.
Когда мы дошли до калитки ее двора я остановился и внимательно посмотрел ей глаза.
-Милка, ты обижаешься на меня за что-то?
-Заходи уже, - она открыла калитку и прямым ходом направилась к отдельной пристройке, где находилась кухня. Я скромненько потоптался на коврике, вытирая кеды от налипшей грязи. Кедам в поселке очень быстро конец приходит, а еще с осенней-то погодой, а еще с нашим-то образом жизни...В памяти снова всплыли все события прошлой ночи.

-Садись, что ты как неродной, - произнесла Мила, убирая со стола и не глядя на меня. Я присел на край стула и покосился на нее, пытаясь не лыбиться.
-Ну рассказывай...а то пришел и молчит, - проговорила она, оставив чайник на огонь и садясь напротив меня.
-По-моему, это ты молчишь.
- Как в школе?
-Хорошо все. КДР скоро будет, еще к хеллоуину готовимся, хотим отмечать.
-С Линой?
-Ну не только, там еще компания из нашей школы будет.

Милка с Линой раньше была незнакома, но теперь они друг друга знали, через меня. Не общались, но имели какое-то представление друг о друге.
-Что вчера вечером делал?
Вот этого вопроса я ждал со страхом, потому что не понимал, знает Милка о нашей пьянке или нет. Вполне вероятно, что знает, учитывая еще и тот факт, что Катя учится с ней в одной школе. Если я начну врать, то мне будет просто хана. Ну а если она не знает, а просто допытывается, а я возьму, и расскажу, то тоже огребу. Что же делать-то?
-С ребятами встретился, - осторожно начал я, - к школе нашей ходили...
Так, вроде бы придраться не к чему. Действительно, с ребятами и к школе, не вру же!
-С какими ребятами?
-Из моего класса, и еще незнакомые были...-я чувствовал себя, как на допросе. И почему подруга детства всегда мною манипулирует?!
-Лина была?
-Да...
-Понятно. И что вы делали?
-Ну, сначала костюмы к хеллоуину обсуждали...фоткали­сь, общались... – запинаясь, начал говорить я. Видно же, что брешу! Я не умею врать, естественно, Милка все это понимает. Она не стала больше ничего у меня спрашивать, но ее каждый взгляд казался мне подозрительным. Или информация не просочилась и она мне поверила, или...а что, если Катя все рассказала, и Милка знает про то, что мы вчера бухали, и курили, и что мы с Линой сосались...наверняк­а же Катя видела. Тогда наше с Милкой доверие будет очень крепко подорвано.

-А у меня кошмар, - вздохнула Милка, кладя голову на руки, - в школе все раздражает. Вообще никого видеть не хочу. Папа в рейс уехал, и денег нихрена...
-Да то же самое. Мне бабушка даже десять рублей не дает в магаз на переменке сгонять! – пожаловался я.
-Ну как-то так. Депресняк кроет...Уже хочется свалить из этого поселка!

Я посмотрел в открытую дверь, которая выводила на Милкин двор. Такой же двор, как и большинство остальных в Северском. Кошки, куры, грязно-белые гуси...моросит дождик, грязь, размякшая черная земля...сарай, возле которого всегда у всех навалены кирпичи, или железки, сетки, арматура...белье сушится на веревке, натянутой от дома к дереву, хотя под дождем у него мало шансов высохнуть. Огород, который к ноябрю стал голым, черным и печальным, а в огороде, конечно же, деревянный тубзик. Мокрый ржавый забор, за забором такое же зрелище, типичная сельская местность, все серое, небо, земля, дома... деревца с красными листиками, людей почти не встретить, раз в час проезжают машины, и чуть чаще пацаны на миниках, от которых шума больше, чем от огромных мотоциклов. Тоскливо...

Но я недавно свалил из города, из сухой чистой квартиры, от цивилизации...и я ни за что не собираюсь туда возвращаться. Да, здесь какой-то кошмар и колхоз, но меня это устраивает! Потому что я получаю что-то настоящее, то, что мне больше всего нужно, хотя сам не могу понять и сформулировать, что именно.

У Милки было полно разных заварок, с фруктами, цветами, всевозможными пряностями. Вода закипела, мы сидели и гоняли чаи.
-Знаешь что, - начала вдруг Милка, и я понял, что она скажет то, что действительно ее беспокоит, - папа опять в передрягу попал!
Милкины глаза наполнились слезами.
-Что произошло?!
-Мы ему с мамой говорили, сиди дома! У тебя семья, ребенок...Нет, его понесло на приключения. Пошел в субботу на перекресток побухать в пивнушку, ну а там драка произошла.
-Он сам в порядке?
-Да он в порядке. Они вышли покурить, а там этот дибил лежит с животом разрезанным. Ну папа, естественно, в шоке, скорую вызвали, ну а свидетели кто теперь? Папа, скорая и милиция приехала, а там они стоят...
Милка рассказывала очень сбивчиво, перепрыгивала с одного на другое, но я знал Милку очень хорошо, и ее папу Степана тоже, поэтому в моей голове сложилась примерно такая информация: драка произошла между местными «блатными», т.е. криминалом. А Степан просто оказался там именно в тот момент.
Да да, это не секрет, что в поселке есть такие «братки», которые разъезжают на черных тонированных джипах, имеют связи везде, а в первую очередь под ними весь наркооборот в районе, вся местная полиция, так что лучше со всем этим дела не иметь. И теперь одного из них в живот пырнули, а на том месте оказался Милкин папа. И это действительно серьезно и страшно. Во-первых, за своих они мстят не разбирая, кто прав, а кто виноват. Во-вторых, у таких блатных обычно несколько враждующих группировок, поэтому, если в этом деле они замешаны, то свидетелей убирают запросто. И никто ничего сделать не сможет, как бы это неправдоподобно не звучало, но для поселка это обычное дело, идущее из далеких 90-х. Тем более это предгорья кавказа, кр